Провинция Астолат

Северный порт Империи. Некогда главное средоточие военных судов и морских укреплений.

Порт Астолат

В провинции Астолат превосходные леса корабельных сосен, алые на закате и светлые в полдень. Строевой лес, рыба, морская капуста, песчаник, дикий янтарь и вересковый мед – гордость провинции.

    Языки – голландский, логрский, английский.

    Северное море серебряно и сурово в любое время года, сады полны яблок «белый налив», белый песок и ледниковые валуны на морских излучинах, меловые скалы и вереск. Леса сухие, черничные, ясные. Постройки и крепости похожи на шведские – красные треугольные крыши, серый камень–дикарь, мелкие шток – розы, оплетшие оконные рамы и балконы.

    На песчаных долгих дюнах клонится под ветром тростник и дикие колоски, прибрежный песок завит волнами и надолго сохраняются в нем человеческие следы. И по сей день в глубине дюн находят древние захоронения воинов и коней, и люди и звери с головы до ног украшены янтарем. Конь в янтаре, воин в янтаре, янтарные отмели поутру.

    В рыбацких поселках течет повседневная жизнь, прибой мерно бьет в строгие стены крепостных кронверков, лунная дорожка зыблется на сонном плесе Северного моря. В блеклое небе устремлены клыки и отроги прибрежных меловых скал, девушки бродят по еле заметным горным тропинкам, плетут венки из вездесущего вереска
Обстрел гавани Пятью Кораблями

    Но семь лет назад невозмутимые стены Астолата дрогнули от оружейных залпов. Пять кораблей Имперского флота, посланные усмирять мятежи в колониях, вышли из повиновения штаба и обстреляли военные укрепления.

    Мысли о свободе не раз постигали Астолат. В портовых тавернах собирались флотские офицеры и приезжие вольнодумцы, составляли тайные общества, на бильярдных столах писали петиции неизвестно кому, мечтали о свободе, равенстве и братстве.

    «Мой друг, доколе нам терпеть свободы совести попранье…»

    Песенка, которая начиналась этими словами обошла провинцию за месяц… И на кокардах мятежных офицеров был изображен символ ласточки и шпаги – древний герб провинции Астолат.

    Сожжение Пяти Кораблей

Мятеж Пяти Кораблей был подавлен скоро и страшно. Гавань Астолата была спешно заперта цепями, Пять Кораблей попали под огонь береговых батарей. Двадцать зачинщиков мятежа были повешены с закрытыми лицами в порту, несмотря на то, что публичные казни в Логрской Империи запрещены. Остальные отправлены, кто на этапы, кто в легкие ссылки. В час повешенья пять парусников были сожжены брандерами на глазах у их капитанов.

    С тех пор провинция Астолат безмолвна.

    Но основным унижением мятежного Астолата стали не казни.

    С давних пор ласточка и шпага – были гербом и лицом провинции.

    После расправы из столичного города Брокса пришло высочайшее распоряжение – в связи с мятежом провинция лишилась привычной эмблемы.

    Столичный вестовой привез эскиз нового герба. Крест, составленный из корабельных канатов, оканчивающийся петлей.

    Таково и по нынешний день клеймо Астолата.

    Так не стало ласточки и шпаги.

    И как гласит новая надпись, господа…

    «О мертвых – ничего»